Знаменитому комику Малого театра Живокини пришлось однажды, почти экспромтом, заменить в опере "Влюбленная баядерка" популярного московского баса Лаврова. Но... голоса у Живокини никакого не было.
- Как же вы петь-то будете, Василий Игнатьевич?- сокрушенно покачивали головой сочувствовавшие.
Но сам Живокини не унывал.
- А какой ноты голосом не возьму, так я рукой покажу,- весело отвечал он.
(Из рассказов о Живокини)
Доить козла?.. Сельскохозяйственная практика подобной операции не знает. С него, как говорится, ни шерсти, ни молока. У него есть другая прочно сложившаяся репутация и другие почетные функции.
Но увы... не так смотрит на дело наш критический авангард.
Приезжает к нам театр Кабуки - замечательнейшее явление театральной культуры.
Все рассыпаются в восхвалении его, действительно, великолепного мастерства. Но... абсолютно не разбираются, в чем его замечательность. Музейные элементы ведь если и необходимы, то далеко еще не достаточны для оценки явления как замечательного. Замечательно лишь то, что работает на культурный прогресс, что питает и стимулирует головные проблемы дня. А Кабуки подметывают в виде достоинств: "как музыкально!", "какая игра с вещами!", "какая пластика!" - три "общих места", давно набивших оскомину. И делают вывод, что учиться нечему, что (как съехидничал один старейший рецензент) это все - не так уже ново: Мейерхольд давно уже "обобрал" японцев!
Но мало того. Отписываясь общими фразами о плюсах Кабуки, наши "маститые" обижены в своих лучших чувствах. Помилуйте! С Кабуки - "ни шерсти, ни молока". Кабуки условен! Кабуки нас, европейцев, не волнует! Его мастерство - холодное совершенство формы! Наконец... они играют феодальные пьесы!.. Какой кошмар!?
